Туристский форум Карелия-2010 Туристический портал



Содержание:



ГлавнаяЛюди оленьего края ⇒ Дни в стойбище Утека


Дни в стойбище Утека

Чистка и подготовка шкур, шитье обуви и одежды – все это обязанность женщин, и в определенное время года они целыми днями только этим и занимаются. Но я назвал лишь немногое из того, что им приходится делать, перечислить же все почти невозможно. Мешки, ведра, украшения, одежда, палатки, обшивка для каяков, одеяла – это далеко не полный перечень предметов, которые изготовляют женщины из оленьих шкур. Словом, работы им хватает; особенно когда под руками хорошее сырье.

Итак, старуха Кала, мать Утека, вскоре сшила мне меховой костюм, мое «зимнее убежище». Все эти дни она меня даже в глаза не видела, и тем не менее, когда Утек принес готовый костюм, он пришелся мне впору. Две пачки табаку – это была совсем не дорогая цена, тем более что, желая показать свое искусство, Кала украсила всю наружную парку вставками из чистого белого меха подбрюшной части шкуры оленя. Одежда получилась удивительно красивая и изящная.

Дни в стойбище Утека проходили в различных занятиях, причем члены его семьи обнаруживали такое же мастерство, какое продемонстрировала старая Кала. Труд был хорошо налажен и не казался бременем даже тому, на чью долю доставалось больше всего работы. Например, в обязанности Калы, как самой старшей в семье, входило запасать топливо для очага, на котором готовили пищу. Ежедневно она уходила из стойбища, иногда за добрый десяток миль, в поисках зарослей ивняка, где можно было набрать достаточно топлива. Срезав нужное количество веток, она увязывала их в огромную охапку и несла домой на спине. Двадцатимильная прогулка не была в тягость Кале. Старая женщина испытывала истинное наслаждение, наблюдая во время пути за происходящим вокруг нее. Вот высоко на склоне холма пасется стадо тукту, прекрасных животных с лоснящимся, бархатистым мехом... А вон ухала – длиннохвостая утка – громко болтает в камышах озера... Иной раз Кала вспугивала белую куропатку, слетавшую с хорошо замаскированного гнезда, и лакомилась наполовину высиженными яйцами.

Нередко, когда запасы топлива истощались, старушку сопровождали дети из стойбища. Атналик, осиротевший сын сестры Утека, обычно брал с собой маленькую рогатку и упорно гонялся за пугливыми снежными овсянками и длинношпорками, сидевшими на вершинах холмов. Порой охота была успешной, и мальчик гордо подходил к старой Кале, высоко держа в руке свою добычу.

Если старушка шла на поиски ивняка одна, она предавалась воспоминаниям о прошлом, будившим в ней чувство радости и счастья. А ей было что вспомнить. Она имела трех мужей, родила двенадцать детей, видела Тиррела, первого «белого» человека, появившегося в этих краях, и знала все примечательные истории из жизни ихалмютов последних трех поколений.

Кала не только заготавливала топливо, поддерживала огонь в очаге, шила одежду для Утека, но и следила за жизнью сына и его жены; она не упускала случая делать им замечания, считая это отнюдь не маловажной своей обязанностью. Ихалмюты не отказывают старикам в такой привилегии. Предположим, Утек вернулся с охоты с пустыми руками, не принес свежего мяса, хотя семья в нем очень нуждается. Тогда ему, конечно, достается на орехи от старой матери. Он не сердится на нее, просто застенчиво улыбается, тряхнет головой и скажет: «Ладно, мать, завтра я исправлю свою ошибку и тебе перепадет прекрасная свежая мозговая кость, с которой твоим старым зубам придется повозиться».





karelia2010@list.ru
© 2010-2011 Все права защищены.
В случае перепечатки материалов ссылка на
www.karelia2010.ru обязательна!