Туристский форум Карелия-2010 Туристический портал



Содержание:





Дети

После того как в порыве откровения Франц излил свою душу, он вновь замкнулся в себе, стал молчалив и явно избегал вопросов, которые мне хотелось ему задать. Наверно, он стыдился того, что разговорился в первую же ночь нашего знакомства, как стыдится отрезвевший человек, в состоянии опьянения слишком многое поведавший о себе неизвестному. К тому же Франца, кажется, одолевало беспокойство за брата: тот что-то очень долго не возвращался домой.

Каждое утро Франц взбирался на свой наблюдательный пункт – вершину холма рядом с хижиной, где выстаивал часами под жаркими лучами весеннего солнца, глядя на простиравшийся на юго-восток залив, покрытый таявшим льдом.

Ганс давно уже должен был вернуться. Еще ранней весной он отправился к южной оконечности озера Нуэлтин, за несколько сот миль отсюда, чтобы вывезти запасы из зимнего тайника, устроенного на крохотном островке. Теперь в распоряжении Ганса оставались буквально считанные дни, чтобы успеть вернуться, прежде чем лед в заливе совсем растает и нельзя будет проехать на собаках. На третье утро нашего совместного бдения начался дождь, и лил он, как и все происходит в этих краях, с чудовищной силой. Нам пришлось укрыться в хижине с протекающей крышей. Мы сидели молча, слушая, как барабанит дождь по оленьим шкурам, когда до нас донеслись странные звуки, примешивавшиеся к шуму потоков воды. Я напряженно вслушивался и наконец сообразил, что это журчат ручейки, стекавшие на лед реки из-под талого снега. Но эти уже знакомые мне звуки казались сейчас какими-то низкими, глухими. Журчание все усиливалось, обретало резонанс и вдруг мгновенно перешло в могучий рокот. Хижина содрогнулась, жестяные тарелки соскользнули со стола и загромыхали, будто их подбросило толчком землетрясения.

Не обращая внимания на ливень, Франц выскочил наружу. Я последовал за ним и с ужасом увидел огромную вздыбившуюся над рекой глыбу льда толщиной не менее десяти футов; ее отделяло от нас расстояние в каких-нибудь двадцать шагов. Глыба торчала стоймя, наподобие гигантского надгробного памятника, а когда рухнула, серый гейзер воды высоко взметнулся над задвигавшимся льдом. Вырвавшись наконец из оков, воды реки вздымались между плывущими льдинами и через несколько минут затопили склон берега под нами, разбрасывая осколки льда у порога хижины.

Пока я наблюдал за этим потопом сквозь серую пелену дождя, поднявшаяся вода уже достигла моих ног. Треск ломающегося льда, предупредивший нас о том, что происходит па реке, прокатился вверх по ней, как дробь гигантского барабана. На мгновение он умолк, а вслед за тем началась неистовая какофония – ледяные глыбы раскалывались и горой надвигались по течению на еще скованный льдами залив.

Казалось, ничто уже не в силах противостоять этому стремительному натиску. Однако в том месте, где река впадала в залив, она неожиданно встретила упорное сопротивление. Подхваченные течением льдины, с размаху налетая на ледяную кромку залива, дробились с такой силой, что в воздух поднялась туча кристаллической пыли, видимой даже сквозь густые потоки дождя. Торосы высотой с дом перемалывались в несколько мгновений, их место сразу же занимали другие, и под их нажимом ледяной барьер залива медленно отступал от устья реки.

Наконец барьер как будто дрогнул. Небольшие льдины неуклюже двинулись вниз по течению, то и дело задевая друг за друга и застревая.

Между тем вода быстро поднималась и вскоре доходила нам до колен: глубина реки была уже не пятнадцать, а добрых тридцать футов. Глыбы вертелись в водовороте позади ледяного затора. Одна из них ткнулась «носом» в бревенчатую стенку нашей хижины, наподобие слона, который пробует свою силу, упершись в ствол дерева. Мы с Францем со всех ног кинулись на гребень холма, позабыв о своем доме и имуществе. Своеобразная дамба, возникшая в узком месте речного устья, росла у нас на глазах. Она содрогалась и свирепо громыхала, нескончаемая лавина все новых торосов обрушивалась на нее. Осколки взметнувшихся вверх льдин увеличивали высоту затора. Лишь когда мы уже решили, что обезумевшая река снесет нашу хижину, дамба начала сдавать. Двинувшись, как живое существо, она скользнула на еще не тронутый лед залива. Громадина весом в десять тысяч тонн подалась под напором неудержимой лавины.

Теперь затор разрушался, исчезал на наших глазах так быстро, словно под действием химического вещества начался процесс распада льда. И все же остатки дамбы еще раз показали таившуюся в ней силу: неожиданно в воздух взлетела глыба величиной с небольшой дом и, вертясь, как камень, пролетела почти полмили над потрескивающим льдом Залива Ветров. Описав дугу, она упала на скалы одного из рифов.

Ми ее видели там еще несколько дней – яркий символ могущества, скрытого в недрах Барренс, – пока она не растаяла наконец под лучами солнца.

Бешеный ледоход настолько поглотил нас с Францем, что мы не услышали, как к нашему холму приблизилась собачья упряжка. Мы заметили ее, только когда деревянные полозья заскрежетали по гравию и нарты остановились рядом с нами.

Собаки, перестав тянуть постромки, уселись на землю. Рядом с вожаком стоял стройный юноша; я догадался, что это и есть Ганс. Не успел я даже бегло оглядеть его, как с саней скатилось нечто похожее на два живых узла. Один из них оказался закутанным в меха ребенком. Подпрыгивая на ходу, он устремился к Францу и бросился в его объятия. Второй отделился от привязанной к нартам клади и стал приближаться к нам несколько более сдержанной походкой, но вдруг резко остановился, увидев меня. Это был мальчик лет десяти в одежде из оленьих шкур. Он неуклюже переминался с ноги на ногу, стоя возле Франца. Улыбаясь, он все шире открывал рот, пока вывернувшаяся верхняя губа не коснулась приплюснутого носа, почти совсем закрыв его.





karelia2010@list.ru
© 2010-2011 Все права защищены.
В случае перепечатки материалов ссылка на
www.karelia2010.ru обязательна!